catrinnew: (лолита)
В метро просят уступать места старым и немощным. Это логично.
Но, сдается мне, чем лучше и бодрее выглядишь, тем больше шансов ехать на ягодицах, а не на ногах. 


Летом мне казалось, что в целом наши мужчины стали вежливее и уступчивее - в том смысле, что место уступали мне почти что каждый день. Привыкла. 

К осени летние платья сменил плащик с туфельками - привыкчка укоренилась.
Им на смену пришло серое короткое английское пальтишко. Уступать стали пореже.
Когда стало слякотно и сколько - еще реже, ведь я сняла каблуки.
После пальтишки настал черед теплых курток, джинсов и тяжелых ботинок. Жизнь тоже становилась все тяжелее. Лишь иногда уже зависший было над освободившимся местом мужчина, увидев мой тоскливый взор, все же поднимал зад обратно и отходил в сторону. 

С приходом зимы преображение завершилось. Я надела длинный пуховик. В метро теперь стою, стою почти всегда, вспоминая советы из женских журналов: "Если у вас работа сидячая, никогда не садитесь в общественном транспорте". Да, я стою и чувствую, как целлюлит в страхе покидает мое тело и восстанавливается кровообращение. Случается  радость - удается прошмыгнуть между норовящим плюхнуться на сиденье мужчиной и самим сиденьем. Но это редко. И опасно, могут и раздавать. Даже душки-гастарбайтеры утыкаются носами в воротники своих черных курток и делают вид, что спят. А ведь летом служили, ироды, примером нашим, вспархивая при виде дамы и исчезая в глуби толпы. Даже "спасибо" не скажешь.

Такие вот загадки. 
 
catrinnew: (праздность)
Я устала. Так нельзя. Мне нужно много витамина С.
Тетки на рынке называют меня уже "дамочкой" - и это невзирая на легкомысленное весеннее пальто. Зрелость настигла меня мновенно: еще пару недель назад я числилась здесь "девушкой". 
Я купила у теток странных апельсинов - две штуки не влезают в килограмм. Апельсины огромны, как силиконовая грудь у дурочки. И беззащитны - с тонкой шкуркой.
Давлю из одного из них сок, а он - без семечек. Прониклась к фрукту бабьей жалостью: бесплоден, одинок, годится только в сок.  Или это была самочка? 



   
catrinnew: (Default)

 
Пили сегодня чай с тетками. Они меня постарше, конечно, но не так, чтобы очень. С большинством подруг у меня разница больше — в другую сторону.
Посидели. Поболтали — тетки же.
Дети. Огород. Зарплата. Фаршированные перцы. Полив цветов. Оливковое масло. Подруга-француженка,  страдающая депрессией. Переезд. Мужья.
Я лопочу, конечно, по-ихнему, но такое ощущение, будто и не я это. Я ничего не понимаю в огороде и очень мало — в детях, но в оливковом масле, переездах и, особенно, депрессии — я дока.
Но отчего мне нестерпимо скучно и кажется, что и им неловко со мной. Как если бы — с точностью до наоборот — была бы я взрослой среди подростков, и им так хочется, чтобы она ушла поскорей, чтобы курить, материться, обжиматься.
Что ж ты за урод такой — думаю. Ведь это — сестры твои по полу, разуму, проблемам.
Но нет, сижу как на горячем стуле у гештальт-терапевта, а в заднице — и шило, и пионерские костры, в ушах — зовущая труба, в башке - шальной ветер. И разговариваю я будто не с реальными людьми, а с собой — из будущего, которое, похоже, никогда не наступит.
Никакие вы мне, тетки, не сестры, хотя я очень вас люблю. Мне очень хочется беседовать о перцах и розанах, но, встряв в ваш разговор, я слышу, что фальшивлю. Не та тональность. Лучше помолчать.
И чай мне ваш не мил с вареньем. Зато есть предлог улизнуть на кухню, сварить себе чашечку термоядерного, смолов сначала зерна и наводнив кофейной вонью всю деревню...
Сестры водят носом. «Хотите? Ах, нельзя? Давленье скачет?..» - разговор резко меняет направление, а я сижу в своем углу и балдею от молчания. Киваю к месту: «Пониженное?» - «Да((( Ужасный случай, медицине неподвластный. Невероятные мучения».
Когда ж я вырасту-то, блин?

catrinnew: (Default)
Они схватили меня на входе в мебельный магазин.  Я направлялась в дсп-шные джунгли, решительно сжимая в рке кадастровый план своей новой квартиры.
- Не проходите мимо! - накинулись на меня двое и почти что затолкали в какой-то, заваленный и увешанный пестраыми тряпками уголок. - Тамбовский трикотаж! Сарафанчики-юбочки-капри-леггинсы...
Я пыталась просочиться наружу. Но их было двое. Крупная перегородила выход, а тонкая начала метать.

-  Расцветочка модная, ах какая, а эта, она с блестками!  - Толстая прикладывала к себе что-то подростковое,  с карманам, тощая метала.  От расцветок мутилою Я уже готова была купить себе беспроишрышную черную футболку,  чтобы выпустили, но руку тут же куснуло синтетикой, а цена куснула просто так 
Цепкий взгляд толстухи прмиетил что на мне - юбка, и вот уже ко мне прилипло И что-то цветастое, 56-го размера. Меня принялись оглаживать по бокам в четыре руки.  
- Ах юбочка!  - голосили бабы, - мы себе таких накупили, а сарафанчики, сарафанчики-то у нас для модниц!

- Я не модница, я огродница, - 
неожиданно вернулся  ко мне дар речи.
Как подметил Сэллинджер в обожаемой мной книге "Над пропастью во ржи", если тебе надо отвертеться от чего-то или кого-то, придмывай самый нелепы предлог: подействует. Я научилась делать это на автомате. Но тетки, видимо, более тяготели к Ионеску, ибо в театре абсурда заиграл новый акт   

- Тогда трусы, трусы! 
О  прилавок глухо стукнулось что-то тяжелое\. как поступь носорога. 
-  Что это? - выдавила из себя я.
- 44-й, маломерки. -
тощая задорно прикладывала к себе огромный и мощный трусняк.- Посмотрите на меня.
- "Дневник Бриджет Джонс", -
пробормотала я. 
-
Да нет, х/б, щупайте, - продавщица подалась животом ко мне. 
- В  Тамбове, видимо, очень суровые  зимы, -
продолжала я неуместно острить, осторожно отступая к выходу. Мне не хотелось щупать  тощую вместе с ее трусами.  
- Так щас лето, -
беззаботно пропели они в унисон
- Я знаю. У нас тоже. Но вы, наверное, носите ЭТО зимой, когда холодно, и воют в заснеженных лесах волки.  
(про волков я, конечно, не стала).
- Так у нас зима не холодная, заченм вы так, - 
сокрушенно зачастили прлодавщицы. - Наша зима, она теплее вашей. У вас тут 15, а у нас 5. Мы же к югу. Зачем вы так...

Тетеньки так растерялись и обиделись за свою теплую родину где по-моему жил сам Мичурин и скрещивал яблоки, что мне удалось беспрепятственно выскочить из горящего красками закутка.
- Тогда зачем вам такие трусы? - хотела было спросить я, оказавшись на свободе. Не стала. Зато у гинекологов с урологами там явно еньше хлопот. Сидят, ковыряют в носу, . а не где-нибудь там.

На обратном  пути я надела темные очки и нагнула голову долу, но толтсый и тонкий уже трясли штанами-капри перед очередной потенциальной покупательницей. Та благосклонно кивала. Капри были густо усеяны крупными ццветами. Идя за ней  по улице, мужчины будут грезить об Италии. Берите, берите обязательно, - послала я ей мысленный флюид и рванула на улицу. Без трусов. Тамбовских, хочу я сказать.        

   
 

January 2013

S M T W T F S
  12 3 4 5
67891011 12
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Expand Cut Tags

No cut tags