catrinnew: (Default)
С детства у меня странное отношение к этому "празднику", тогда он еще был праздник и отмечался в календаре красным, ага. Будучи неразумным дитем, я плохо разбиралась в политике и истории, но 7 ноября смутно тревожило меня. 1 мая - зеленые листочки, Новый год и день рождения - белый пушистый снег, он тогда лежал перинами и шел хлопьями, ага. А 7-е ноября - снег мокрый, серая каша под ногами и унылые демонстрации по черно-белому телевизору. Грустно и гадко было мне всегда в этот день, даже когда я стала чуть взрослее и были у нас о ту пору каникулы. 
Единственную попытку выразить верноподданическое уважение к 7.11. я предприняла в возрасте трех лет.
Read more... )
catrinnew: (Default)
Расскажу. Вот сегодня и расскажу. Смотрю - тыквы кругом, все друг друга с каким-то поздравляют праздником. В конце концов, поняла: Хэллоуин надвинулся. В столовой давали печеную тыкву с сахаром, что к делу не относится.  Как, впрочем, и сам Хэллоуин, ибо в то время, о котором я хочу рассказать, мы и словов-то таких не знали.
Я носила октябрятскую звездочку, была круглой отличницей, оторвой и жила с родителями в одной африканской стране. Там царила жуткая жара и такая же скучища. По вечерам нас, учеников посольской (4 класса) школы загоняли на так называемую детскую площадку, пока взрослые отдыхали от нас, глядя кино в клубе.
Площадка - на самом деле та же школа, где мы торчали утром и днем, только при темном с огромным количеством звезд небе, со сладкими пирожками и игрушками. Иногда нам показывали какой-нибудь фильм - порой, похоже, путали банки с пленкой и пока взрослые ржали над "Бриллиантовой рукой", мы пищали, глядя на псов-рыцарей в "Александре Невском".  
После того, как учительница взяла с меня слово больше не организовывать драк "мальчики против девочек", стало грустно. Я руководила отрядом мальчиков и изобрела смертельное оружие: толстые ветки одного экзотического дерева очень легко отламывались и напоминали на сломе малярную кисть. Мы макали их в грязные лужи и затаскивали на большое тутовое дерево, откуда атаковали девиц. Иногда прорывались к ним в лагерь, где те баюкали кукол.
И тогда я организовала Кружок Страха.
Read more... )
.        
catrinnew: (Default)
Когда узнала, что парк Горького лишили аттракционов, не поверила: это - невозможно!
Когда френдлента принялась на разные лады хвалить обновленный ЦПКиО, решила: надо идти.
Радостная-радостная пересекала Москву-реку по Крымскому мосту и даже отбросила мысль зайти на выстывку Коровина: подождет. А вот откуда радость, интересно? Из детства, откуда...
Photobucket

Read more... )
catrinnew: (Default)
Вчера была в одном учреждении. Видела и нюхала массу интересного. Там были:
- столы без компьютеров - они такие, оказывается, большие, просторныее:
- жесткие, обитые дерматином стулья эпохи строительства коммунизма - тоже просторные, но жутко неудобные;
- деревянные столы с ящиками - с ободранным лаком, пахнущие школьной партой;
- древний линолеум в коридорах, который не удалось, видимо, отодрать даже при попытке отремонтировать учреждение на современный лад;
- такие же двери;
- кривые каменные ступени, деформированные тысячами ног совслужащих;
- кипы справочников (бумажных книжек!);
- столовка с осовременными названиями блюд, но запах, запах! и компот из сухофруктов.
- курящие тетеньки с начесами в лестничных пролетах, обсуждающие поездку в Югославию  Черногорию;
- запах дыма из соседней комнаты: люди в ней курили, не сходя с рабочих мест.
Несмотря на отвращение, табачный дух навевал сладкую ностальгию - так же, как и прелая вонь линолеума, и зеленая краска на стенах. Я провела целый день без компьютера, вычитывая распечатанную на бумаге (о, бумага!) верстку. Вместо вечного монитора передо мной было распахнутое в зелень окно с облупленной деревянной рамой, а внизу звенел трамвай.
Такая вот машина времени, кто понимает. И за этот день мне еще и отгул положен.
catrinnew: (Default)
У нас сейчас модно все белорусское. Считается дешевым, качественным, экологичным, навевает совковую ностальгию.
Тетка моя по дороге в онкологическую больницу на операцию заприметила магазин "Белорусская обувь" и - отпимистка великая - сбегала, прикупила там летом зимние сапоги. Теткин оптимизм не сокрушило даже то, что на подошве мелкими буковками значилось  "Made in China". Носит не один сезон, дай ей Бог здоровья.
Вот и я сегодня не могла пройти мимо рыночка "Товары из Белоруссии". Притягивают чем-то эти ряды, внушая наивную надежду, что известну "кучу разрывая", найдешь там что-то качественное, дивное и ностальгическое - по бросовой совковой цене.
Памятуя теткин оптимизм, не смущалась я ни греческой клубникой, ни яблоками с наклейками дальних стран (будто чемоданы гастролера), ни турецкими шмотками.
Ничего не купила, конечно: куча есть куча, да и рыться в ней неохота.  
А вот последняя палаточка привлекла внимание, ни на одном рынке такого не видела. Сверху написано не "Мед" и не "Трикотаж по 66-й размер", а - "Администрация". Внутри - два мужика. Беседуют громко : "кала-мала". Не по-русски, в общем. И даже не по-белорусски. "Какого лешего? - возмутилась я было духом. - Доколе? Понаехали, Родина-мать". Но вспомнила про свою тетку и решила не париться: оптимизм у нас, должно быть, в генах, только мой - в латентной фазе.     
Жизнь ведь прекрасна, и, как гласил один из первых демотиваторов, придуманных человечеством: "Take it easy. Things can get worse and probably will". Там еще утенок был нарисован, никто не видел?..  

Мое море

Monday, December 5th, 2011 10:11 pm
catrinnew: (кипр)
Photobucket
Я родилась на море.
Как же я люблю смаковать эту фразу: «Я родилась на море». И хоть живу не в самой последней дыре, слова эти приобщают меня к чему-то прекрасному и несбыточному.

Родилась я на Средиземном море. Собственно, только это и роднит нас с ним. Пососала немного мамину сиську, сделала первые шиги, да и была младенцем увезена в заснеженную Москву, не помня практически ничего. Поездка на фуникулере в горах (первое воспоминание жизни, ревела), снег там же (ревела, самое страшное воспоминание той жизни). Моря, по свидетельству родителей, не боялась никогда и только держи — рвалась к нему и дальше, куда нельзя детям, особенно наряженным в красные вязаные платьица. Этого я не помню. Я москвичка от мозга костей до кончиков ногтей, и снега не боюсь давно.

Но море, море... Мое Средиземное море...
Отчего, когда попадаю сюда, чувствую себя ключом, сунутым в нужный замок.
Окунаюсь в теплую как суп воду, плыву и ничего не чувствую: ни тревоги от попадания в чужую страну, ни очумелой радости отпускника, ни блаженства фаната-купальщика. Просто я на своем месте. Не турист, не чужак. Просто я здесь. Ключик — замочек. Я - его, оно - мое. Пусть ни море, ни страна, ни населяющие ее люди не подозревают об этом. Гены тут явно ни при чем: ни папа,ни мама средиземноморским происхождением не страдали (слышал бы папа, Боже мой!). Быть может, таинственный код нашего организма формируется и в первые месяцы жизни, когда голова ничего еще соображает, а тело что-то знает, запоминает, включает в свое будущее программное обеспечение. Для обеспечения бесперебойной работы моего организма мне необходимо хоть изредка, время от времени здесь бывать.

Неважно, в какой стране окажусь, я не могу сказать, что здесь все родное и милое, но — оно мое. И эти цветы, и влажная жара, и лысоватые горы, и пыльные колючки с застрявшими полиэтиленовыми пакетами... Воздух, который к ночи не остывает, а лишь перестает обжигать и становится гуще; какие-то запахи размываются, какие-то (жасмин, ах, жасмин!) приобретают остроту. Грязноватый асфальт, вечно переполненные мусорные баки (на жаре запах помойки становится особенным), тощие длинноногие коты.
А солнце здесь совсем неласковое, солнце здесь страшное и с ним не шутят. И, конечно, нормальные люди не загорают, они рано встают (я жаворонок), после двух не работают, они ждут темноты. Днем только птица одна все время говорит из кустов «у-ху» да стрекочут цикады.

Ох, эти вечные неопределенного возраста деды-бездельники за столиками, в клубах сигаретного дыма, кальянной влажной вони, кофейного духа, в звуках карт, нард, непонятной речи. Интересно все же было бы узнать, о чем они говорят. О чем вообще можно столько
говорить годами подряд, часы напролет, зная друг друга как облупленных. Трепаться люблю.
Мы с дедами одной крови, и с этими почему-то еще не успевшими постареть (тут с этим делом быстро!) женщинами, бредущими от рынка с бумажными пакетами, из которых всегда торчит длинная-длинная фасоль (вот не знаю, как называется и готовить не умею).

Я чужда их пофигизму, неистребимому спокойствию и необъяснимой горячности, лени, любви поторговаться, фанфаронству, стремлению облапошить чужака, странной привычке убивать насмерть день, ни прячась за глухими шторами и жалюзи дуть кофе на ночь, Правда, говорю так же быстро, как они и готовлю отчего-то без шпаргалки средиземноморские блюда так, что получаются как родные (кроме фасоли этой дурацкой). Родина. Как ни крути. Место рождения. Родина-мать. Историческая? Нет. Генетическая? Нет. Что нас связывает конкретно с этим беспокойным и плодовитым (во всех отношениях) регионом, наука, наверное, не знает пока. Может, и вправду, гены меняются в первые месяцы жизни.

Когда я долго не бываю на Средиземом море, чего-то мне не хватает. Физически. Словно элемента какого-то, жизненно важного — прежде всего для нервной системы, а, сдается мне, и для прочих частей организма. Проведя в сентябре на море жалкие шесть с половиной дней, я вернулась как новенькая — и лишившись остеохондроза. Мое море подготовило меня к грядущим испытаниям. Спасибо ему.
Не заменят мне мое Средиземное Белое, Черное, Красное — разве что что утолят на некоторое время тягу. Бассейн с хлоркой тоже мало помогает. И речка. Мне же не плавать нужно и не загорать. А погрузиться в себя, в свое, стать своей... Это, наверное, просто, любовь.
И не ищите тут пижонства, эстетства и выпендрежа. Просто мы родные с этим морем. А за окном так воет ветер. Декабрь. Москва. Зябко.
А я родилась на море. И это согревает.

Школа

Sunday, October 2nd, 2011 03:05 pm
catrinnew: (Default)
Школа - одно из самых отвратительных воспоминаний в жизни. Какое хуже - не скажу, дабы не смутить трепетных.

Первого сентября начинал гореть и болеть живот в ожидании предстоящего 9-месячного нудного кошмара. Выросшие (я лишь сжималась с возрастом) и поздоровевшие за лето одноклассники, дубины гладиолусов и щекочущий нос "укроп" в букетах, у всех, кто спереди, справа, слева. У одной меня "укропа" нет.
И еще - спасибо родителям! - нет пошлейших бантов-гигантов в жидких косичках - так положено выглядеть девочкам на праздник. И косичек нет. Есть "сэссончик", тогда еще остромодный и оставшийся на скальпах некоторых одноклассниц навечно.

Скрашивает этот день только солнышко - если есть, белые колготки или гольфы (в зависимости от метеоусловий), белые фартуки, которые завтра уже сменятся на траурные, черные. Еще -яркие картинки в новых (еси повезло), гэдээровских учебниках.
Текст пока еще не внушает оторопь: так оцепеневший пленник с долей интереса, но еще без страха рассматривает орудия пытки, не понимая толком, каким образом его собираются истязать. Вносят в день некоторую приятность свежие канцпринадлежности и собственный почерк на обложке тетрадки: "...цы такого-то класса "А" такой-то Екатерины". И цифра, обозначающая класс, наполняет сердце гордостью: я взрослая.

Скоро, скоро почерк станет корявым, изящные - ручной работы - поля изуродуют поправки учительницы, и ее же безжалостной рукой будут расставлены цифры, демонстрирующие степень моего дебилизма. А в дневник посыпятся кляузы на меня родителям ("забыла трусы на урок физкультуры") и приглашения им же - заглянуть для беседы.

Физкультура - отдельный разговор. Тут уже настоящие пыточные снаряды, унизительные нормы ГТО, вторичные половые признаки, и снова запахи-запахи (отчего никому не приходило в голову, что набегавшимся здоровенным детям может понадобиться душ). Про лыжи не буду - слишком травматичное воспоминание, а на психоаналитика у меня денег нет. На физ-ре есть фокус, недоступный мальчикам ни за какие деньги - "временное освобождение". И физрук, вычисляющий твой менструальный цикл по школьному журналу ("не часто ли ты, Сидорова, временно освобождаешься?"). А чудного эфмемизма "критические дни" в наши дни еще не было - как и прокладок с крыльями, да и рекламы в телевизоре.

Тупизм. унижения, сломанный бесполезными знаниями мозг, забытая сменка и тошнотворный - не хуже 30-копеечных столовских обедов - коллективизм - все это впереди.
Пока на первом уроке еще светло, не надо зажигать ламп дневного света, а на перемене можно выбегать во двор, где воздух и свобода. (Курить - потом, в укромной беседке, в огромном соседнем дворе).
Дневник еще девственно чист, упруг, непомят. Он в прозрачной обложке - иначе нельзя.

Но уже оседает в ноздрях запах мела, мел повсюду - на старческих пальцах раздражительной классной, на их трикотажных костюмах, отличающихся только цветом, но не фасонам, на доске, размазанный нерадивым дежурным, на кондовой с разводами тряпке, которую надо ходить мочить, чтоб доска была чистой и аккуратной.
Мерзее запаха мела может быть только запах яблочного огрызка в глуби деревянной парты - это вообще самый гнусный на свете запах. А, может, он таков именно потому, что напоминает школу...

Хорошо, что только 10 лет и с перерывом на каникулы.

Простите, если кого обидела.
Вообще я почти круглой отличницей была, если что...

Заповедник

Friday, July 1st, 2011 11:30 pm
catrinnew: (Default)
Сегодня по надобности проехалась по Филевской линии метро, родной и любимой, а ныне задвинутой новомодной Арбатско-Покровской куда-то на задворки.

Более безумного метро, чем в нашем, западном конце Москвы, нет, наверное, нигде. Тянулась когда-то самая коротенькая голубая веточка - не через весь город, а всего лишь от центра, от "Киевской". И не в тоннеле, а по улице. Станции маленькие, как дачные вокзальчики: будки-стекляшки, два турникета, две двери. Сегодня у дверей случилась небольшая пробка. В одну - бабулька, в другую - дед, обоим сто лет в обед. Бабулька, та чуть быстрее идет, народ за ней пристроился. Так нет, в самых дверях она замерла и давай ругаться на бедного дедка: "Что ж ты, старый пень, тут все застопорил!".  Дед не ответил смиренно. Я было, подумала, что он ее несчастный муж, но нет: разошлись в разные стороны.

В субботу в этих дверях - пробки настоящие, столпотворенье и кошмар.  Кто ж знал, когда строили,  что здесь расположится всемирно знаменитая Горбушка?

Почему нашу линию строили так?  )       
catrinnew: (Default)

Есть  банальности, от которых в иные моменты жизни все внутри переворачивается, мороз по коже: ведь, действительно! Надо пережить, чтобы это понять. Это - народная мудрость.
А есть, от которых - по коже мурашки и внутри что-то к горлу подкатывает. Это - народная дурь.

Впрочем, не знаю. Возможно, у иных афоризмом есть и авторы. К примеру: "Надежда умирает последней". Сказал, как отрезал - и умным выглядишь, и сочувствие проявил. А что потом? Что, после надежды? И что умерло до нее? И зачем она, тогда, эта надежда, если все исчезло, на что?
То есть все внутри тебя сдохло и засохло:  выжженная пустыня  - ни любви, ни обиды, ни веры - лишь надежда торчит, как одинокий телеграфный столб посреди пустыни. И бесполезна, и нелепа, и невесть какими корешками цепляется за неплодородный слой твоей души

Еще люблю поздравление (оно же тост). Поражаюсь, как  люди умудряются произносить его с видом  первооткрывателей. А ведь умудряются, из года в год. И чуть ли не хором произносят, а все равно выпаливают как откровенье: "Было бы здоровье, - сияют медным тазом, - остальное приложится". Да-да, -  кивают все вокруг, держа рюмки на уровне лиц, как хорошо, как метко сказал, все - приложится. Я тоже киваю и мне всегда ужасно хочется, чтобы меня в этот момент кто-нибудь сфотографировал. Жутко интересно, какое у меня в данный момент выражение лица. Какое прилагательное к нему приложится. А ведь через пару рюмок будет снова: "Было бы здоровье",и те же кивки с рюмахами у порозовевших лиц...

и араба простить, и немца... )


catrinnew: (Default)
У меня есть один знакомый, считающий Красную площадь каким-то мистическим антидепрессивным местом. Сегодня мне посчастливилось попасть туда. И хоть чувствовала себя как дура с фотоаппаратом в толпе приезжих (наш хваленый столичный снобизм) сделала даже несколько фотографий. 



Сама площадь - не оч.



У закрытого для осмотра  Лукича люди почти что преклоняют колени.



Настроение, как ни поразительно, заметно улучшилось. Странное место.


под катом - цветы и птицы )
catrinnew: (Default)
История, которую я хочу вспомнить в День дурака, абсолютно правдива. Чтобы были понятны некоторые детали, необходимо отметить, что дело было в 80--каком-то-м перестроечном году, когда многие вещи были впервые ив диковинку, иные - под запретом, а спиртное - в отчаянном дефиците.

1-го апреля сидели мы с подругой на коммунальной кухне и грустили. На улице весна -  настоящая, не как сегодня - а мы торчим тут вдвоем и нечем нам заняться, даже не разыграл никто.

Тут позвонила однокурсница. "Девочнки, срочно собирайтесь. Сегодня на Арбате  будет праздник. День смеха. Абсолютно бесплатно. Там кто только ни будет выступать!".
Начав было подкрашивать глаза, мы переглянулись. Ну да, праздник, бесплатно, с артистами. Может, еще и медведя живого приведут... Звонившая славилась любовью к фантазиям (недаром потом стала пресс-секретарем у одного известного политика). Дудки! Мы не попадемся на дешевый розыгрыш.

Телефон зазвонил снова. Звонил чей-то из нас хахаль, звал на "Рембо" (не ржать: перестройка), показ для своих. 
"Придем, придем", - заверили мы, а сами глаз даже красить не стали, только переглянулись заговорщически. Рембо. Щас. Дур нашел.

Третий звонок  )
catrinnew: (Default)
[livejournal.com profile] dancingale  поведала сегодня, что мечтает о молочном коктейле. Кафе какое-то назвала специальное, коктейли там разные, окружение там все там розовое, ну и стоит это денег.
А я, старая кошелка, предалась воспоминаниям.
"Эх, девонька, - сказала я (по Скайпу, поэтому не скрипучим старушечьим голосом), - коктейли надо было пить во времена СССР"...
И, подобно всем старым людям, углубилась в подробные воспоминания о комсомольско-молодежном детстве. Когда-то я училась в школе на Кутузовском проспекте, в окружении цыковских домов. Внизу у них  располагались вкусные магазины - "хлеб", "молоко", "кулинария", "рыба", еще "молоко", еще "хлеб", "овощи-фрукты", а дальше вообще - "вологодское масло", еще кулинария  и гостиница "Украина" с множеством отделом гастронома...  Каждый дом - своя вкусность. Каждый магазин - своя специфика.   Эх.
Нам достался гастроном в 30-м доме (там щас малоприятная кофейня, где можно не нанимать статистов для съемоу фильмо о сицилийской мафии, сидят готовенькие), хлеб (булки и сзюмом и батоны по 22 коп., не длинные, а пузатые такие, кто помнит?). И еще "Молоко". 
Ближе к делу. в "Молоке" был отдел "Яйцо". Молодежь тогда была хоть и испорченная, но в меру, поэтому над названием отдела мы ржали тоже умеренно. Больше всего веселило почему-то единственное число яйца. Сегодня, наверное, куда больше веселили  бы написанные во всю стену "Яйца".
Но к отделу мы относились со всей серьезностью. Именно там, помимо Яйца, продавался Молочный Коктейль. 
Сколько я ни перепробовала этого напитка в разных магазинах столицы нашей Родины, а также прочих цивилизованных городах, вкуснее ничего не пила.
Все было как обычно. Два алюминиевых стакана, взбивательный элемент - мощный, как вертолет, пристраивемый сверху. Пачка мороженого, стакан молока, немного варенья. ЖЖЖЖЖЖЖ- и коктейль готов.  Плотный, тягучий, умопомрачительный коктейль. Думаю, что секрет не улыбчивой (но в глубине души, уверена, добрейшей и юморной  - талантливый человек не может быть злым и тупым) тетеньки заключался в долготе этого самого ЖЖЖЖЖЖЖЖ. Не жалела она времени на изготовления напитка: ЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖ. И амброзия вливается в стаканы, мы изнемогаем от нетерпения, а тетка-приколистка    с каменным лицом вопрошает: "Еще",
Конечно, отдуваемся мы, вытирая коктейльные усы. Иногда затевали спор. Кто больше выпьет. Я однажды победила. Выпила 6 стаканов. Учитывая мою миниатюрную комплекцию и то, что дома мне надо было добираться 45 минут на 45-м автобусе, забитом под завязку в любое время суток, это было опрометчиво. Но сладкий вкус победы затмил неприятные ощущения.
Потом мы стали чаще наведываться в соседнюю дверь, что левее, рядом с аркой. Там сейчас, по-моему какой-то дурацкий банк, а было написано "ВИНО". А если в арку зайти и пройти через огромный 30-й двор, можно было выйти на набережную (набку) и попасть совсем в другой мир. Никакого сити-дрити на другом берегу р. Москвы и минимум асфальта. Слово за город попадаешь. Собачники, мамашки, укромные уголки, пригодные для распития "Киндзмараули" юными школьниками и школьницами. Берег у реки такой крутой, что когда прячешься в кустах, непонятно, сидишь ты, лежишь или стоишь. Будто космонавт.
Впрочем, это уже не про коктейли.
Простите. Увлеклась.  

January 2013

S M T W T F S
  12 3 4 5
67891011 12
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Expand Cut Tags

No cut tags